Как русские дворяне были одержимы игрой в карты


Как русские дворяне были одержимы игрой в карты


Карточные игры для многих русских дворян были настоящей страстью и одержимостью. Они могли проиграть в карты жену или отстоять свою честь в карточном поединке вместо дуэли.


«В следующий вечер Германн явился опять у стола. Все его ожидали. Генералы и тайные советники оставили свой вист, чтоб видеть игру, столь необыкновенную. Молодые офицеры соскочили с диванов; все официанты собрались в гостиной. Все обступили Германна. Прочие игроки не поставили своих карт, с нетерпением ожидая, чем он кончит.

Германн стоял у стола, готовясь один понтировать противу бледного, но все улыбающегося Чекалинского. Каждый распечатал колоду карт. Чекалинский стасовал. Германн снял и поставил свою карту, покрыв ее кипой банковых билетов. Это похоже было на поединок. Глубокое молчание царствовало кругом». Игра в вист, описанная в «Пиковой даме» Александра Пушкина, была популярным развлечением у русских дворян.
Как русские дворяне были одержимы игрой в карты


Иллюстрация Алексея Кравченко к повести А.С. Пушкина «Пиковая дама». Ксилография. 1937-1940 гг.

Азартные игры в России были известны еще в XVII веке. В «Соборном уложении» 1649 года они упоминаются в главе «О разбойных и татиных делах». Там их приравняли к «зерни» — современной нам игры в кости. Она была популярна среди воров и разбойников, а воеводам предписывалось наказывать играющих в нее. Картежникам же и вовсе указывали рубить пальцы.

Ни во времена Алексея Михайловича, ни Михаила Федоровича, ни Петра I с Екатериной карточные игры не были на слуху. В то время у знати были популярны охота, балы, бильярд и шахматы. Иван Грозный и Алексей Михайлович сами играли в шахматы. А Петр I даже иногда заставлял своих соратников составить ему партию. Император не любил карточные игры и не разрешал их на ассамблеях (балах).

Страсти по картам


Карточные игры стали широко распространяться среди дворян только во времена Анны Иоанновны. XVIII век был временем подражания европейской культуре, а зарубежные карточные игры вдруг стали считаться эталоном приличного времяпровождения.

«Благодаря системе крепостного права и освобождению от обязательной службы дворянство получило возможность реализовывать себя в создании субкультуры комфорта и развлечений, в которой карточная игра являлась занятием, делом», — говорит об игре в карты среди дворян историк Вячеслав Шевцов на конференции на тему «Карточная игра в общественном быту России». — «Игра в карты не только структурировала время, но и выполняла коммуникативную функцию. Коммерческие или степенные игры сопутствовали беседе, знакомству, положение в обществе определялось кругом карточных партнеров».

Карточные игры в ту пору делились на коммерческие и азартные. Первый вид считался приличным, в то время как второй светское общество порицало. Цель азартных карточных игр была направлена преимущественно на выигрыш денег. Чем выше ставка, тем выше риск, а значит — азарт игроков. Эмоциональный накал увлекал игрока все больше и больше, многие теряли все за одну ночь. Судьба игрока зависела от случая и удачи. Азартными играми были: штос, баккара и фараон.
Как русские дворяне были одержимы игрой в карты


Игра в вист. Иллюстрации Бориса Кустодиева к повести Н.В. Гоголя «Коляска». 1905.

Коммерческие карточные игры были антиподом азартных. Правила азартных игр просты, в то время как коммерческие игры строились по сложным правилам, так что играть в них могли только профессионалы и опытные игроки. В них нельзя было опираться только на случай. Из-за этого многие сравнивали коммерческие карточные игры с интеллектуальной игрой – такой, как шахматы. Коммерческими играми были: вист, винт и преферанс.

Несмотря на большую популярность карточных игр как среди дворян и крестьян, государство пыталось запретить такой досуг. Чиновников пугало то, что земли и огромные суммы денег быстро проигрывались. Это становилось частой причиной разорения дворян. В одном из указов императрицы Елизаветы от 16 июня 1761 года было указано, что в азартные игры на деньги и дорогие вещи «никому и нигде (исключая во дворцах Ея императорского Величества апартаменты) ни под каким видом и предлогом не играть».

Особенно было важно играть в карты «не для выигрышу, единственно для препровождения времени» и «на самые малые суммы денег». С нарушителей требовали штраф в два раза больше их годового жалованья.

Азарт вопреки запретам


Однако ни указы, ни запреты не пугали дворян. Почему же? Азартные игры привлекали все больше игроков среди высших сословий из-за своего принципа. Человеку было неизвестно, выиграет он или нет. Тем самым, он представлял, что играет не с равным себе игроком, а с судьбой. Удача, счастье или проигрыш — все радовало русского дворянина XVIII века. Суровость ограничивавших жизнь законов рождала потребность в разрядке.






Писатель Юрий Лотман в своей книге «Быт и традиции русского дворянства (XVIII - начало XIX века)» говорит об этом явлении так: «Строгая нормированность, проникавшая и в частную жизнь человека империи, создавала психологическую потребность взрывов непредсказуемости. И если, с одной стороны, попытки угадать тайны непредсказуемости питались стремлением упорядочить неупорядоченное, то, с другой стороны, атмосфера города и страны, в которых «дух неволи» переплетался со «строгим видом», порождала жажду непредсказуемого, неправильного и случайного».

Надежда на выигрыш и азарт возбуждали воображение игроков. Они окружали сам процесс игры ореолом таинственности и были суеверны. Например, в книге «Тайны карточной игры» (1909) издательства «Народная польза» есть таблица соответствия счастливых дней для игры и дня рождения игрока.
Как русские дворяне были одержимы игрой в карты


Павел Федотов «Игроки», 1852 г. - Киевская картинная галерея

XIX век стал периодом расцвета карточных игр. Они стали развлечением не только для взрослых, но и для молодежи. Старшему поколению это не нравилось и они пытались предупредить молодых людей о негативных последствиях карточной игры.

Например, в книге Юрьева и Владимирского 1889 выпуска «Правила светской жизни и этикета. Хороший тон» игру называют «позором гостиных, растлением нравов и тормозом просвещения». Однако, выразив презрение к азартным играм, авторы все же приходят к выводу: «С волками жить, по волчьи выть» – и дают молодежи советы этики для игры в карты: когда можно садиться за стол, с кем можно говорить во время игры, а с кем нет. Как объясняют Юрьев и Владимирский, «знание карточных игр нередко может представить случай вывести из затруднения», когда придется занять место отсутствующего за столом игрока.

Опасения были не напрасными. Беспечность и азарт игроков нередко приводил к трагедиям. Одна из таких историй произошла в Москве в 1802 году. Персонажей было три: граф Лев Разумовский, князь Александр Голицын и его молодая жена Мария Голицына. Граф был влюблен в княгиню, и Голицын знал об этом. К счастью для Разумовского, князь был одержим игрой в карты.

Однажды они встретились за карточным столом, где самой высокой ставкой была... Мария Голицына. Князь не переживал, что может потерять жену, «которая, как он знал, отвечала взаимностью Разумовскому», отмечает историк Георгий Парчевский в книге «Былой Петербург. Панорама столичной жизни». В итоге, граф Разумовский выиграл Марию Голицыну в карты.

Судьба благоволила возлюбленным — церковь разрешила развод. Однако результат обстоятельства этого события – проигрыш в карты – стали известны всему городу, из-за чего молодую теперь уже Разумовскую подвергли остракизму. Выйти из сложной ситуации ей помог император Александр I.
Как русские дворяне были одержимы игрой в карты


Великосветский салон. Акварель неизвестного художника. 1830-е

В 1818 Разумовские были на балу в Москве, где также присутствовала вся царская семья. Мария Разумовская сидела в конце царского стола. Когда начался ужин, государь обратился к ней с вопросом, назвав ее графиней. Несомненно, это обрадовало Разумовскую: ее второй брак и статус был признан самим царем.

Ради богатства и чести


Однако потеря чести, проигрыш огромной суммы денег и даже целого состояния все равно не пугали людей. За стол с зеленым сукном садилось все больше и больше новых игроков, желающих разбогатеть и испытать судьбу.

Карточная игра была не только развлечением, но даже источником дохода для дворян. Самый известный любимец фортуны — Федор Иванович Толстой, дуэлянт и картежник. В молодости он много проигрывал, однако затем Толстой придумал ряд своих правил игры, что помогло ему отыграться. Вот одно из его правил: «Выиграв вдвойне предположенную сумму, прятать ее, а на первую играть до тех пор пока есть желание, игра и деньги». Вскоре он начал выигрывать и так отчитывался о победах в дневнике: «Выиграл у Одаховского 100 р., и квит со всеми в Крыму», «Выиграл еще 600 чистых и должны мне рублей 500».
В карточной игре дворяне могли отстоять свою честь, как на дуэли. Поединок, в котором сталкивались противники, хоть был и бескровным, но жестоким вплоть до посрамления чести соперника перед зрителями: «Игра как оружие, игра — и ее результат — как акт мщения» — описывает «карточные» дуэли Георгий Парчевский в своей книге «Былой Петербург. Панорама столичной жизни».

Начиная с XVII века, карточная игра захватила умы русских дворян на несколько веков. Она проникла в русскую литературу, фольклор, досуг дворян. В карты играли многие известные исторические личности, русские писатели и поэты.

Терминология карточных игр широко использовалась в XIX веке в литературе, например, в «Пиковой даме» Александра Пушкина. Сам поэт играл в карты, что не раз подтверждалось его друзьями и записями в черновиках. «Пушкин справедливо говорил мне однажды, что страсть к игре есть самая сильная из страстей» — писал в своем дневнике близкий друг Пушкина, Алексей Вульф.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: